Уйгуры в Китае: Как живется в автономии

b27be5146a3f698951788efde266861a

Уйгуры верят, что, согласно преданиям, на месте пустыни Такламакан («пустыня смерти», «родина Тохаров», «войдешь и не вернешься»), расположенной в центре Уйгурского региона, в античные времена была своя цивилизация, и что предки уйгуров родом именно из тех мест.

Исторически Восточный Туркестан формирует со Средней Азией один этнокультурный регион. Тюркоязычные народы близки по культуре и истории к народам центральноазиатских республик. Особенно тесно традиции, обычаи, национальная одежда, традиционная музыка и музыкальные инструменты, кулинарные изыски и многое другое связывают уйгуров с узбеками. У уйгуров в ходу даже мнение, что узбеки, уйгуры, турки и татары — «одного поля ягоды», а киргизы и казахи — «соседнего». Однако размышлениями на тему «что есть узбекское, а что уйгурское» заниматься не буду, поделюсь только фактами из многострадальной жизни уйгуров и событиями, происходящими в современном уйгурском обществе. Все нижеописанное основано на собственных наблюдениях и изучении реальных событий.

НОВЫЕ РУБЕЖИ

В античные времена хорошо развитая Уйгурская цивилизация оказывала огромное влияние не только на Среднюю Азию, но и на Китай. Однако в ХVIII веке уйгуры под натиском маньчжурских китайцев потеряли независимость. Оккупированные территории стали называться Синьцзян, что с китайского означает «Новые рубежи». С тех самых пор, как утверждают уйгуры, против завоевателей то и дело вспыхивали повстанческие мятежи.

В 1949 году началось переселение китайцев в Восточный Туркестан, в результате чего отношения между коренным населением и китайскими переселенцами ухудшились. Сегодня напряженные отношения между уйгурами и китайцами выражаются не только в форме повстанческих мятежей уйгурских сепаратистов в Синьцзяне, но и в столкновениях и неприятии друг друга в повседневной жизни. Китайцы, к примеру, с неохотой питаются в уйгурских ресторанах, редко ездят по исконно уйгурским городам, таким, как Кашгар, Турпан, Или, Хотан. Уйгуры, в свою очередь, не ездят в другие провинции из-за того, что им будет сложно найти ресторан или кафе, где пища приготовлена строго по мусульманским законам, они избегают китайских заведений общепита, где еда в основном готовится из свинины. Уйгуры называют китайцев «кофир» (неверный), избегают пользоваться услугами китайцев-таксистов, предпочитая платить деньги «своим», не уступают представителям этого народа дорогу. «Рукопашные бои», особенно между китайской и уйгурской молодежью, можно наблюдать даже в таком экономически и культурно развитом городе, как Урумчи. О свадьбах между представителями этих двух наций можно и не упоминать – это табу: для китайца считается категорически неприемлемым заводить уйгурскую невесту или жениха. И наоборот. Хотя прецеденты создания браков между уйгурами и иностранцами есть.

САМАЯ БОЛЬШАЯ КИТАЙСКАЯ ПРОВИНЦИЯ

Уйгурский автономный округ или Восточный Туркестан, расположенный по соседству с республиками Средней Азии, Монголией и Россией, является самой большой провинцией Китая. Согласно официальной статистике, в регионе проживает чуть больше 16 миллионов населения, добрую половину которого составляют китайцы (ханцзы), другую часть — мусульманское население, а именно — 42 процента уйгуров, в остальные 8 процентов входят этнические казахи, дунгане, киргизы, узбеки, таджики, русские и представители других народов. Уйгуры считают, что на самом деле их намного больше, но китайское правительство скрывает реальные данные. По сути, китайский контроль за рождаемостью (одна семья – один ребенок) не затрагивает этнические группы, однако рождаемость среди коренного населения резко уменьшилась и приводит к полной ассимиляции уйгуров, что соответствует демографической политике китайских властей. Данная ситуация рассматривается международными организациями как геноцид народа, долгие века проживающего на этой территории.

Притом, что регион богат природными ресурсами, флора и фауна изобилует разнообразием, уйгуры живут в нищете. Большая часть ресурсов переправляется в восточные регионы Китая для военного оснащения страны, а не на борьбу с бедностью и безработицей. Многие ключевые позиции во власти, государственные посты занимают китайцы. Работающие в государственных структурах мусульмане были неофициально предупреждены об увольнении в случае посещения мечети. Количество уйгурских студентов, обучающихся за пределами Синьцзяна (например, в пекинских или тьянжинских университетах), чрезвычайно мало, из-за чего уйгуры чувствуют себя изгоями. В разговоре с одной уйгурской студенткой из Тьянжинского университета выяснилось, что национальные меньшинства в университете регулярно притесняются, несмотря на то, что их представители – в числе лучших студентов. В итоге эта девушка была вынуждена бросить учебу и вернуться в родной Синьцзян.

НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ ВЫБИРАЕТ КИТАЙСКИЙ

Многие уйгуры из политических соображений отдают детей в китайские школы, где их обучают только китайской грамоте. Таким образом, новое поколение уйгуров не в состоянии прочесть арабскую вязь, и намного грамотнее общаются на китайском языке, нежели на родном уйгурском. Кроме того, свою роль сыграло и изменение в семидесятых годах прошлого века письменности. В то время уйгуры использовали латиницу (до сих пор старые журналы и книги, написанные на латинице, можно найти в подземных переходах в Урумчи), затем перешли на арабскую письменность. Одни специалисты склоняются к тому, что это было сделано для предупреждения воссоединения тюркских народов Советского Туркестана с жителями Восточного. Другие утверждают, что в то время был созван совет уйгурских ученых, на котором было решено принять арабскую письменность, применявшаяся уйгурами с момента принятия ислама в десятом веке.

Не в последнюю очередь и поэтому степень образованности уйгурского населения оставляет желать лучшего. Так, по моим наблюдениям, многие люди среднего возраста кроме бытовой жизни, торговли и выживания в суровых условиях нищеты, не имеют представления о многих вещах, происходящих как в самой стране, так и за ее пределами. Нелюбовь к китайцам, китайскому языку и ко всему китайскому вполне объяснима, но это не может оправдать безграмотность и неосведомленность элементарными знаниями в области географии, биологии, физики и так далее. И это притом, что несколько веков назад уйгурская империя считалась самой развитой и мощной в азиатском регионе.

БУНТЫ С РЕЛИГИОЗНЫМ ОТТЕНКОМ

В 90-х годах прошлого столетия в Синьцзяне активно действовали сепаратистские группы, имели место редкие случаи терроризма, вспыхивали спонтанные мятежи. Памятными для населения уйгурского автономного региона оказались даты, когда в 1990 году взорвался автобус в Кашгаре, а в 1992-м — в Урумчи. Когда власти запретили мусульманам посещать мечети, в пригороде Кашгара прошли бунты и акции протеста. Религиозный оттенок приняло и восстание 1995 года в Хотане, когда власти решили сменить имама.

Но самыми серьезными стали волнения в приграничном с Казахстаном городке Инин, произошедшие в 1997 году. Демонстрации мусульман, требовавших от властей возврата своих религиозных прав, закончились открытым восстанием, которое было жестоко подавлено китайской армией. Немногие сегодня осмеливаются вспоминать о тех временах. Между тем, недавнее сообщение о разгроме в Синьцзяне центра подготовки террористов уйгурского «Восточного Туркестана», квалифицированного в 2002 году ООН как террористическая организация, общественностью воспринимается не чем иным, как ширмой для очередного истребления местного населения.

Китайцы ошибочно относят уйгурский сепаратизм к исламской религии. Прикрываясь борьбой с терроризмом и радикальными исламистскими группами власти угнетают весь народ. А у уйгуров практически нет никакой возможности пропагандировать свои идеи. Так, к примеру, из-за ограниченных источников информации мало кто знал о номинировании в конце 2006 года успешной бизнес-леди, политика и борца за права и свободу уйгурской нации Рабии Кадыр на нобелевскую премию мира. И даже те, кто знал, помалкивали об этом.

Китайские власти, напротив, достаточно хорошо проводят «идеологию в массы», строя в Уйгурском автономном округе менее религиозное общество. Преследуется свобода вероисповедания, проводятся всяческие мероприятия для ограничения «религиозности», среди мусульманского населения культивируется понятие «светского общества». Дабы ограничить посещение школьниками пятничной молитвы, во время каникул мальчикам строго наказано приходить в школу. Во время праздников работающим уйгурам в виде подарков выдается алкоголь — китайская водка со специфическим запахом — «baijiu», что с китайского языка переводится как «белый ликер» или «белый дух».

На первый взгляд, права мусульман Синьцзяна властями не ущемляются. Повсеместно, даже в маленьких городах, можно видеть открытые двери мечетей, людей, приходящих на вечернюю молитву. Но говорят, что все мечети находятся под строгим контролем, а имамы назначаются только властями. Одна уйгурская семья посоветовала нам не делать благотворительные взносы — «закят» — самой мечети, так как деньги разворовываются служителями «дома божьего», а напрямую передать их бедным семьям.

В Урумчи есть и православная церковь, основанная русскими переселенцами, перебравшимся в Восточный Туркестан в тридцатые годы прошлого столетия. Посещающие эту церковь китайцы не преследуются, если только они не состоят в коммунистической партии Китая. Однако миссионеры, прибывшие из Америки, не могут открыто вести свои проповеди и обращать «неверующих» в христианство. Ибо власти уверены, что под предлогом изучения китайской и уйгурской культур и языков американские проповедники подпольно выполняют свою миссию, что противоречит законам коммунистической партии.

МЕЖДУ ТЕМ, УРОВЕНЬ ЖИЗНИ РАСТЕТ

Несмотря на все факты угнетения уйгуров, ущемления их религиозных прав, вмешательства во внутренние дела Уйгурского региона, который приобрел статус «автономного» в 1955 году, газеты, журналы, телерадиопередачи выходят здесь на уйгурском языке, а при университетах, школах и частях китайской армии, дислоцированных в уйгурском автономном округе, открыты специальные столовые, кафе и рестораны для мусульман.

Кроме того, китайские власти прилагают все больше усилий для повышения уровня жизни в Уйгурском регионе, развития промышленности, экспорта, привлечения иностранных капиталов, для чего в 1994 году Урумчи был назван специальной экономической зоной. В глубинках все больше стали ездить на автомобилях, нежели на античных средствах передвижения. Бизнес и торговля, особенно со странами Средней Азии и России, развиваются. Многим городам выделяются государственные субсидии. Таким образом, нельзя игнорировать факт, что уровень жизнь населения в Синьцзяне за последнее десятилетие значительно улучшился.

Тем не менее, прилагаемые китайскими властями усилия для умиротворения и улучшения положения в этом регионе приветствуются далеко не всеми правоверными мусульманами, для которых жизнь по законам предков и пятничная молитва важнее накопления богатства, которое они не могут забрать с собой на Тот свет.

И У СТЕН ЕСТЬ УШИ

В целом, добыть какую-либо информацию довольно сложно, так как китайские власти предприняли все необходимые меры для пресечения утечки. Люди говорят, что в Китае даже у стен есть уши, и иностранцы, прибывшие в поисках каких-либо сведений об уйгурах и их положении, строго предупреждаются: «Мол, помалкивайте в ваших же интересах и ради нашей безопасности». В приватных разговорах люди могут критиковать коммунистов, систему, но открыто поддерживать или бороться за независимость уйгурского народа практически невозможно даже в кругу одной семьи — под угрозой ареста. Как нам рассказали, среди уйгуров также имеются свои «почтальоны», ради маломальского поощрения и «государственной безопасности» доносящие в нужные инстанции разговоры соседей и друзей. Все Интернет-сайты из разряда, к которому относятся BBC, Wikipedia, Human Rights Watch, а также все сайты, посвященные уйгурам, местными провайдерами блокируются.

Источник: http://www.fergananews.com/

Смотрите также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *