Уйгурский фактор во внутренней политике Китая

uyghurtodaycom

Политика китайских властей в отношении уйгурского меньшинства страдает рядом противоречий, решение которых имеет крайне важное значение для обеспечения стабильности в регионе. При этом сами уйгуры ставят во главу угла сохранение собственной веры и национальной идентичности.

В одном из недавних материалов, опубликованных IslamReview, анализировались причины террористического акта на фоне заключенной газовой сделки между КНР и Россией в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Напомним, тогда в городе Урумчи погиб 31 человек, более 90 получили увечья разной степени тяжести. При этом подчеркивалось, что подобного рода формы неконвенционального политического участия, как терроризм, беспорядки и мятежи, постепенно становятся привычной иллюстрацией современного внутриполитического процесса в Китае. Так, в 2008 году в Синьцзяне произошла серия демонстраций и террористических актов. 2009-й год охарактеризовался массовыми беспорядками между угйурами и ханьцами, в ходе которых погибли 197 человек. Последнее событие было названо некоторыми китайскими политическими обозревателями, как «китайская версия теракта 11 сентября», поскольку оно стало для официального Пекина полной неожиданностью и шокировало политический истеблишмент вплоть до того, что тогдашний лидер КНР Ху Цзиньтао прервал свое европейское турне и не принял участия в саммите «Большой восьмерки». В последующем также происходили столкновения, организовывались теракты (например, в конце 2013 года на площади Тяньаньмэнь в Пекине), вызывающие крайне болезненную реакцию китайской правящей элиты.

В данной публикации мы постараемся разобраться в особенностях политики китайских властей по отношению к уйгурам – этносу очень близкого к татарам как по религии, так и по языку.

Экскурс в историю

Синьцзян официально стал провинцией Китая в период правления династии Цинь (1644 – 1912). В период Гоминьдана на территории Синьцзяна удалось создать Тюркскую Исламскую Республику, век которой был недолог – 1933 – 1934 годы. После победы коммунистических сил в гражданской войне в 1949 г. территория Синьцзяна была окончательно взята под контроль китайской армией. В качестве средства удержания данной территории был использован такой метод, как миграция численно преобладающей народности хань из других провинций, носившая принудительный характер.

Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) был образован в октябре 1955 года. Сегодня СУАР располагается на землях, составляющих шестую часть всей территории КНР. Культурная революция, охватившая десятилетие с 1966 по 1976 годы, принесла множество проблем этническим меньшинствам. В том числе пострадали и уйгуры, возможности которых развивать свою культуру, язык, исповедовать религию были резко ограничены. Однако в конце 1970-х гг. китайским правительством был взят курс на некоторое ослабление в целом весьма жесткого политического курса в отношении уйгуров, о чем речь пойдет дальше. Однако прежде обратим внимание на некоторые данные, касающиеся этноконфессионального состава населения СУАР.

На сегодняшний день в Синьцзян-Уйгурском автономном районе – наиболее крупной по площади и самой разнообразной по своему этническому составу провинции Китая – проживает 21 миллион человек, согласно данным за 2010 год. Из них 46% составляют уйгуры, 39% – ханьцы, 7% – казахи. Остальные 8% населения – это представители других 44 этнических групп (дунгане, киргизы, монголы, сибо, татары, таджики, узбеки). Весьма примечателен тот факт, что в столице СУАР, городе Урумчи, большинство составляют ханьцы (73%), в то время как доля уйгуров небольшая – 12,3%.

Китайская этническая политика: между имперским сознание и позитивной дискриминацией

По свидетельству китайских исследователей Шан Вея и Чен Гана, этническая политика, проводимая Коммунистической партией Китая по отношению к уйгурам, представляет собой причудливое сочетание имперского наследия и особого стиля политики позитивной дискриминации.

Уйгурам предоставлен ряд преференций, относящихся к самым разным сферам жизни. Во-первых, их не касаются ограничения по рождаемости, которые наложены на ханьцев. Так, уйгурам разрешено иметь более одного ребенка в семье. Во-вторых, существуют льготы выпускникам уйгурских школ для поступления в высшие учебные заведения. В-третьих, существует специальная система квотирования, благодаря которой уйгуры имеют своих представителей в правительстве, законодательном совете, а также в других государственных и партийных структурах. Например, на данный момент пост главы автономии занимает Нур Бекри, которого некоторые обозреватели рассматривают в качестве представителя шестого поколения китайских правителей, к которому, собственно, перейдут бразды правления страной после ухода нынешнего руководителя Си Цзиньпина, олицетворяющего собой пятое поколение. Между тем, необходимо принять во внимание, что гораздо большими полномочиями по сравнению с главой региона обладает председатель местной партийной ячейки, которую возглавляет ханец Чжан Чуньсянь.

Вышеназванные преференции, оказанные уйгурам, вызывают обратную реакцию со стороны ханьцев, которые расценивают политику позитивных действий как самую настоящую дискриминацию по отношению к самим себе, что, в свою очередь, вызывает значительное напряжение в отношениях между двумя народностями.

В пользу политики позитивного действия свидетельствует и тот факт, что за последнее десятилетие правительство Китая произвело гигантские финансовые вливания в регион, чтобы улучшить не самую развитую экономику региона. По свидетельствам китайских экономистов, за период с 1999 по 2009 годы наблюдается заметное повышение качества жизни жителей автономии, произошел рост доходов жителей сельского хозяйства, возрос уровень потребления городского населения.

Тем не менее, и здесь все не столь однозначно, как может показаться на первый взгляд. Ведь большинство экономических сфер, получивших развитие в последнее десятилетие, характеризуется преобладанием в них роли главенствующего народа хань. Уйгуры же, как и другие меньшинства, занимались и занимаются по большей части традиционными промыслами. Встраивание в структуру современной рыночной экономики Китая в условиях главенства в ней представителей ханьского большинства является очень болезненным процессом. Наблюдается восприятие нынешнего быстрого экономического роста уйгурами как направленного исключительно в пользу ханьцев и за счет самих уйгуров.

Таким образом, политика позитивного действия, которая должна быть направлена, казалось бы, на достижение национального единства, приводит в итоге к резко возросшему противостоянию между ханьцами и уйгурами. Связано это главным образом с тем имперским сознанием, которое сопровождает этническую политику Китая и о которой речь пойдет ниже.

Идентичность: кто мы?

По мнению экспертов и правозащитников, самой насущной проблемой, с которой сталкиваются уйгуры в настоящий момент, – это сохранение собственной веры, языка, национальной идентичности. Отношение к религии придерживающейся атеистического мировоззрения элиты компартии Китая, естественно, отличается резким неприятием. Позиция КПК по этому вопросу остается непоколебимой. При этом политика давления на религию сопровождается лозунгами борьбы с экстремизмом, что вызывает вполне объяснимое недовольство уйгур. Кроме того, по свидетельствам китайских правозащитников, властями в какой-то мере сознательно подогреваются исламофобские настроения в Интернете, поскольку ведомства, осуществляющие контроль за виртуальным пространством, оставляют без внимания антиисламские высказывания, их авторы не несут абсолютно никакой ответственности.

Возмущение со стороны уйгур вызывают также запреты на совершение некоторых религиозных практик, таких как, например, пост в Священный месяц Рамадан, посещение мечетей лицами, не достигшими 18-летнего возраста, ношение головных платков в официальных учреждениях. Изучение Корана в частном порядке также находится под запретом. Помимо этого, китайские власти проводят политику выдавливания уйгурского языка из учебных заведений Синьцзяна, предлагая ему на замену китайский.

Очевидно, что нынешний курс властей, отличающийся великодержавным шовинизмом и непризнанием необходимости удовлетворения конфессиональных запросов уйгур, способен привести к гораздо более массовому кровопролитию, нежели те примеры, что сейчас периодически можно увидеть в новостных лентах.

Айдар Зиннатуллин

Источник: http://islamreview.ru/

Смотрите также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *